Очередное эссе по содержанию очень интересной песни. За основу взят текст фонограммы 00_0385(16) Москва, ГЦТК
Песня поётся от первого лица. И что это за лицо? Попробуем посмотреть со стороны и охарактеризовать рассказчика.
Там у соседей — пир горой,
И гость — солидный, налитой,
Ну а хозяйка — хвост трубой —
Идёт к подвалам:
В замок врезаются
ключи
И вынимаются
харчи;
И с тягой ладится в печи,
И с поддувалом.
Главный герой наблюдает активное движение за забором у богатого соседа: солидные, респектабельные гости пируют в доме; хозяйка, держащаяся уверенно и с достоинством (хвост трубой), только успевает носить к столу еду из подвалов (недостатка припасов не наблюдаем); дымок из трубы, на который ни с того ни с сего он вдруг обращает своё пристальное внимание и отмечает хорошую тягу. Странный товарищ...
Там у соседа мясо в щах —
На всю деревню хруст в хрящах…
И дочь-невеста вся в прыщах —
Дозрела, значит.
Смотрины, стало быть, у них —
На сто рублей гостей одних,
И даже тощенький жених
Поёт и скачет.
Дальше — больше. Так внимательно приглядывается и прислушивается, что среди общего шума расслышивает хруст в хрящах в мясе во щах. Хоть и образно сказано, но каким-то образом не ускользнуло от внимательного наблюдателя. Разглядел соседскую прыщавую дочку-невесту и вычислил причину пира горой: "смотрины, СТАЛО БЫТЬ, у них". Сразу в денежном выражении определил количественный и качественный состав гостей — аж в сто рублей, оценил жениха как тощенького, но в такой компании ДАЖЕ он поёт и скачет, причём без музыки... весёлый парень... Действие происходит осенью в деревне, в ясный погожий денёк, — зерновые убраны, "пора пахать" под зябь, а гусей ещё забивать рано. Самое время свадьбы играть. Ну и порадовался бы за соседей и по-хорошему позавидовал бы, вспомнив годы молодые. Он и завидует, но по-чёрному. Той самой завистью, которая в христианстве считается смертным грехом. Той завистью, которая, по Далю, есть "досада на чужую удачу, счастье; завидовать - болеть чужим здоровьем, жалеть, что у самого нет того, что есть у другого".
Оставим пока главного героя и посмотрим, "что за дом такой" соседский за забором. Дом очень большой, если туда были приглашены гости аж "на сто рублей" да ещё место осталось, чтобы "плясать в избе". Дом бревенчатый (изба), причём не менее чем пятистенок, т. к. в процессе пиршества гостям подавалось горячее (уха), т. е. кухня с печью (в синих изразцах!) была в отдельном помещении. А может, и шестистенок — это когда сени (а сени в доме есть) расположены между двумя половинами избы. Но печь не русская, т. к. в русских печах поддувала не было, а, скорее, голландка с плитой. Подклет — каменный или кирпичный, с подвалами, причём довольно высокий, если хозяйка, не опуская хвоста, который "трубой", туда спускалась. Причём подвал был не один, но каждый был заперт на замок (а может, и не на один). Ещё в доме есть какое-то помещение типа верхнего этажа (там невеста будет рыдать, уединившись) — то ли мезонин, то ли башенка. Т. е., по меркам 70-х годов, не дом, а хоромы.
Вернёмся к главному герою.
А у меня — сплошные передряги:
То в огороде недород,
то скот падёт,
То печь чадит от нехорошей тяги,
А то щеку на сторону ведёт.
А у меня цепные псы взбесились —
Средь ночи с лая перешли на вой,
И на ногах моих мозоли прохудились
От топотни по комнате пустой.
А у него всё не слава богу: недород в огороде, падёж скота. Колорадский жук картошку сожрал у него? Так в те годы жук не был таким массовым явлением, а если и появился в тех краях, то ручной сбор — самое действенное средство. Но это же делать надо, а пожаловаться и предъявить себя самому себе в несчастном виде гораздо проще и приятней. А может, огурцы и помидоры мучнистой росой заболели? Так есть способы борьбы. Но тоже напрягаться надо. Это, конечно, шутки, но по тону жалобы выходит, что у него одного недород был, он один такой невезучий. И со скотом то же самое: ящуром, что ли, его коза или корова заболела? Так ящур в те годы не свирепствовал, "ну а что другое если", то в каждом колхозе есть штатный ветеринар.
А ещё жалуется на нехорошую тягу своей печи - чадит она, вишь ли. А если чадит, то ведь и угореть можно. А почему у него печь без поддувала? Без поддувала конструктивно русская печь. И если она чадит, то это означает только одно — дымоход забился, прочищать надо. Т. е. наш горе-герой имеет в своём доме русскую печь, которой соседская голландка и в подмётки не годится (изразцы не учитываем), и при этом завидует хорошей тяге со всей возможной страстью и ненавистью. Это как имея "мерседес", у которого мотор барахлит, завидовать соседскому "Запорожцу", который работает исправно.
Ну прямо двадцать два несчастья: то одно, то другое, то третье, а то двадцать второе — щеку на сторону повело. Ему бы, как чеховскому Епиходову, револьвер с собой носить.
Но на этом его жалобы самому себе на самого себя не закончились. К перечисленным передрягам ещё цепные псы, лающие и воющие ночью, прибавились, а к раздутой щеке прохудившиеся мозоли на ногах присовокупились. По ходу дела он нам ещё сообщил, что и комната в его доме не обставлена (пустая), как и у его далёкого предка в каменном веке ("не убрана пещера и очаг").
(Доводилось читать мнение, что "пустая" относится не к комнате, а к топотне. Категорически не согласен. Во-первых, топотня — это непосредственно от слова "топот", а топот предполагает хождение со стуком. Понятное дело, что герой не преднамеренно стучал подошвами, а шаги его отдавались в пустой комнате. В обставленной комнате и пространства, и удобства для топотни меньше, да и топотни не получится, а будет только хождение из угла в угол, если, конечно, углы не заставлены. В общем, явная натяжка с "пустой топотнёй". Во-вторых, получается комната без интерьера, а в поэзии так не бывает, ибо это будет лишней деталью. А вот "пустая комната" — это интерьер, соответствующий материальному и духовному существу главного героя.)
На жизнь жалуется, но бдительности не теряет и "выпитому счёт ведёт":
Ох, у соседа быстро пьют!
И тут же философское замечание халявщика:
А что не пить, когда дают?
А что не петь, когда уют
И не накладно?
Уже и застольные песни раздались на начальном этапе смотрин... Пока без музыки.
И опять пошла очередная порция передряг:
А тут вон баба на сносях,
Гусей некормленых косяк…
У соседа — хозяйка, а у него — баба, по его собственному определению, причём через запятую с гусями — перечисление своих передряг. И даже будущий ребёнок для него не в радость — терзает его, наверное, то, что лишний рот в доме прибавится.
(Доводилось читать мнение, что гусей якобы косяками не измеряют, что это ошибка автора. Посмотрим у Ожегова: косяк - стая рыб, птиц. И рыбы, и птицы в поэзии ВВ использованы.
Вот птицы, конкретно гуси:
Да пойми ты, что каждый второй
Обречён в косяке!
Гусь истёк и иссяк —
Тот, который сбивал весь косяк.
Гусей некормленых косяк.
А вот рыбы:
Рыбы пошли косяком против волн.
Здесь совсем не за юбкой гоняемся мы,
Не за счастьем, а за косяком.
Кстати, для любителей искать якобы ошибки по словарям: в каком словаре есть пушкинский "гусей караван"?)
И опять вывод (любит он после каждого своего псевдоумозаключения вывод выдавать, этот философ деревенского масштаба):
Да дело, в общем, не в гусях,
А всё неладно.
И уже поток своих жалоб самому себе на самого себя остановить не в силах:
Тут у меня постены появились,
Я их гоню и так и сяк — они опять,
Да в неудобном месте чирей вылез:
Пора пахать, а тут — ни сесть ни встать.
Ну а чирей к флюсу и мозолям сам просится — бог любит троицу во всех проявлениях. Да и где ещё чирею вылезти, как не в "неудобном месте" да в непротопленной избе?
Непонятное слово "постены" вызывает много споров. Одни ссылаются на словарь Даля, где они трактуются как домовые (нвг., пск.), другие считают, что это домашние насекомые типа клопов и тараканов. Я согласен со вторыми, причём именно клопы, потому что тараканы любят, когда в доме тепло и есть что поесть, а у хозяина и с тем и с другим не очень хорошо.
Но тут поток его жалоб неожиданно прерывается, и события развиваются по другому сценарию:
Сосед малёночка прислал —
Он от щедрот меня позвал...
Вот как! С чего бы это? "Ощутив себя в буйной силе", наш герой решил покобениться:
Ну, я, понятно, отказал...
Понятно! Ещё как понятно, что ему всё о себе понятно.
Но мальчонке указания были даны конкретные, не выполнить нельзя:
А он — сначала.
И тут герой изменяет самому себе и думает о соседе положительно:
Должно, литровую огрел —
Ну и, конечно, подобрел…
Как узнаем далее, сосед его позвал для другого.
И я пошёл — попил, поел.
Не полегчало.
Понятное дело, что не полегчало, ибо баба, гуси, псы — все голодными так и остались, все прочие несчастья тоже никуда не делись. Это водкой не зальёшь и щами не захлебаешь, к тому же с раздутой щекой и хрящами не очень-то похрустишь, да и сидение за столом с чиряком на пятой точке да с гармошкой на коленях к полегчению не располагает. И если сосед от выпитого "подобрел", то ГГ — с точностью до наоборот. На разных людей алкоголь воздействует по-разному — специалисты это знают.
Песня поётся от первого лица. И что это за лицо? Попробуем посмотреть со стороны и охарактеризовать рассказчика.
Там у соседей — пир горой,
И гость — солидный, налитой,
Ну а хозяйка — хвост трубой —
Идёт к подвалам:
В замок врезаются
ключи
И вынимаются
харчи;
И с тягой ладится в печи,
И с поддувалом.
Главный герой наблюдает активное движение за забором у богатого соседа: солидные, респектабельные гости пируют в доме; хозяйка, держащаяся уверенно и с достоинством (хвост трубой), только успевает носить к столу еду из подвалов (недостатка припасов не наблюдаем); дымок из трубы, на который ни с того ни с сего он вдруг обращает своё пристальное внимание и отмечает хорошую тягу. Странный товарищ...
Там у соседа мясо в щах —
На всю деревню хруст в хрящах…
И дочь-невеста вся в прыщах —
Дозрела, значит.
Смотрины, стало быть, у них —
На сто рублей гостей одних,
И даже тощенький жених
Поёт и скачет.
Дальше — больше. Так внимательно приглядывается и прислушивается, что среди общего шума расслышивает хруст в хрящах в мясе во щах. Хоть и образно сказано, но каким-то образом не ускользнуло от внимательного наблюдателя. Разглядел соседскую прыщавую дочку-невесту и вычислил причину пира горой: "смотрины, СТАЛО БЫТЬ, у них". Сразу в денежном выражении определил количественный и качественный состав гостей — аж в сто рублей, оценил жениха как тощенького, но в такой компании ДАЖЕ он поёт и скачет, причём без музыки... весёлый парень... Действие происходит осенью в деревне, в ясный погожий денёк, — зерновые убраны, "пора пахать" под зябь, а гусей ещё забивать рано. Самое время свадьбы играть. Ну и порадовался бы за соседей и по-хорошему позавидовал бы, вспомнив годы молодые. Он и завидует, но по-чёрному. Той самой завистью, которая в христианстве считается смертным грехом. Той завистью, которая, по Далю, есть "досада на чужую удачу, счастье; завидовать - болеть чужим здоровьем, жалеть, что у самого нет того, что есть у другого".
Оставим пока главного героя и посмотрим, "что за дом такой" соседский за забором. Дом очень большой, если туда были приглашены гости аж "на сто рублей" да ещё место осталось, чтобы "плясать в избе". Дом бревенчатый (изба), причём не менее чем пятистенок, т. к. в процессе пиршества гостям подавалось горячее (уха), т. е. кухня с печью (в синих изразцах!) была в отдельном помещении. А может, и шестистенок — это когда сени (а сени в доме есть) расположены между двумя половинами избы. Но печь не русская, т. к. в русских печах поддувала не было, а, скорее, голландка с плитой. Подклет — каменный или кирпичный, с подвалами, причём довольно высокий, если хозяйка, не опуская хвоста, который "трубой", туда спускалась. Причём подвал был не один, но каждый был заперт на замок (а может, и не на один). Ещё в доме есть какое-то помещение типа верхнего этажа (там невеста будет рыдать, уединившись) — то ли мезонин, то ли башенка. Т. е., по меркам 70-х годов, не дом, а хоромы.
Вернёмся к главному герою.
А у меня — сплошные передряги:
То в огороде недород,
то скот падёт,
То печь чадит от нехорошей тяги,
А то щеку на сторону ведёт.
А у меня цепные псы взбесились —
Средь ночи с лая перешли на вой,
И на ногах моих мозоли прохудились
От топотни по комнате пустой.
А у него всё не слава богу: недород в огороде, падёж скота. Колорадский жук картошку сожрал у него? Так в те годы жук не был таким массовым явлением, а если и появился в тех краях, то ручной сбор — самое действенное средство. Но это же делать надо, а пожаловаться и предъявить себя самому себе в несчастном виде гораздо проще и приятней. А может, огурцы и помидоры мучнистой росой заболели? Так есть способы борьбы. Но тоже напрягаться надо. Это, конечно, шутки, но по тону жалобы выходит, что у него одного недород был, он один такой невезучий. И со скотом то же самое: ящуром, что ли, его коза или корова заболела? Так ящур в те годы не свирепствовал, "ну а что другое если", то в каждом колхозе есть штатный ветеринар.
А ещё жалуется на нехорошую тягу своей печи - чадит она, вишь ли. А если чадит, то ведь и угореть можно. А почему у него печь без поддувала? Без поддувала конструктивно русская печь. И если она чадит, то это означает только одно — дымоход забился, прочищать надо. Т. е. наш горе-герой имеет в своём доме русскую печь, которой соседская голландка и в подмётки не годится (изразцы не учитываем), и при этом завидует хорошей тяге со всей возможной страстью и ненавистью. Это как имея "мерседес", у которого мотор барахлит, завидовать соседскому "Запорожцу", который работает исправно.
Ну прямо двадцать два несчастья: то одно, то другое, то третье, а то двадцать второе — щеку на сторону повело. Ему бы, как чеховскому Епиходову, револьвер с собой носить.
Но на этом его жалобы самому себе на самого себя не закончились. К перечисленным передрягам ещё цепные псы, лающие и воющие ночью, прибавились, а к раздутой щеке прохудившиеся мозоли на ногах присовокупились. По ходу дела он нам ещё сообщил, что и комната в его доме не обставлена (пустая), как и у его далёкого предка в каменном веке ("не убрана пещера и очаг").
(Доводилось читать мнение, что "пустая" относится не к комнате, а к топотне. Категорически не согласен. Во-первых, топотня — это непосредственно от слова "топот", а топот предполагает хождение со стуком. Понятное дело, что герой не преднамеренно стучал подошвами, а шаги его отдавались в пустой комнате. В обставленной комнате и пространства, и удобства для топотни меньше, да и топотни не получится, а будет только хождение из угла в угол, если, конечно, углы не заставлены. В общем, явная натяжка с "пустой топотнёй". Во-вторых, получается комната без интерьера, а в поэзии так не бывает, ибо это будет лишней деталью. А вот "пустая комната" — это интерьер, соответствующий материальному и духовному существу главного героя.)
На жизнь жалуется, но бдительности не теряет и "выпитому счёт ведёт":
Ох, у соседа быстро пьют!
И тут же философское замечание халявщика:
А что не пить, когда дают?
А что не петь, когда уют
И не накладно?
Уже и застольные песни раздались на начальном этапе смотрин... Пока без музыки.
И опять пошла очередная порция передряг:
А тут вон баба на сносях,
Гусей некормленых косяк…
У соседа — хозяйка, а у него — баба, по его собственному определению, причём через запятую с гусями — перечисление своих передряг. И даже будущий ребёнок для него не в радость — терзает его, наверное, то, что лишний рот в доме прибавится.
(Доводилось читать мнение, что гусей якобы косяками не измеряют, что это ошибка автора. Посмотрим у Ожегова: косяк - стая рыб, птиц. И рыбы, и птицы в поэзии ВВ использованы.
Вот птицы, конкретно гуси:
Да пойми ты, что каждый второй
Обречён в косяке!
Гусь истёк и иссяк —
Тот, который сбивал весь косяк.
Гусей некормленых косяк.
А вот рыбы:
Рыбы пошли косяком против волн.
Здесь совсем не за юбкой гоняемся мы,
Не за счастьем, а за косяком.
Кстати, для любителей искать якобы ошибки по словарям: в каком словаре есть пушкинский "гусей караван"?)
И опять вывод (любит он после каждого своего псевдоумозаключения вывод выдавать, этот философ деревенского масштаба):
Да дело, в общем, не в гусях,
А всё неладно.
И уже поток своих жалоб самому себе на самого себя остановить не в силах:
Тут у меня постены появились,
Я их гоню и так и сяк — они опять,
Да в неудобном месте чирей вылез:
Пора пахать, а тут — ни сесть ни встать.
Ну а чирей к флюсу и мозолям сам просится — бог любит троицу во всех проявлениях. Да и где ещё чирею вылезти, как не в "неудобном месте" да в непротопленной избе?
Непонятное слово "постены" вызывает много споров. Одни ссылаются на словарь Даля, где они трактуются как домовые (нвг., пск.), другие считают, что это домашние насекомые типа клопов и тараканов. Я согласен со вторыми, причём именно клопы, потому что тараканы любят, когда в доме тепло и есть что поесть, а у хозяина и с тем и с другим не очень хорошо.
Но тут поток его жалоб неожиданно прерывается, и события развиваются по другому сценарию:
Сосед малёночка прислал —
Он от щедрот меня позвал...
Вот как! С чего бы это? "Ощутив себя в буйной силе", наш герой решил покобениться:
Ну, я, понятно, отказал...
Понятно! Ещё как понятно, что ему всё о себе понятно.
Но мальчонке указания были даны конкретные, не выполнить нельзя:
А он — сначала.
И тут герой изменяет самому себе и думает о соседе положительно:
Должно, литровую огрел —
Ну и, конечно, подобрел…
Как узнаем далее, сосед его позвал для другого.
И я пошёл — попил, поел.
Не полегчало.
Понятное дело, что не полегчало, ибо баба, гуси, псы — все голодными так и остались, все прочие несчастья тоже никуда не делись. Это водкой не зальёшь и щами не захлебаешь, к тому же с раздутой щекой и хрящами не очень-то похрустишь, да и сидение за столом с чиряком на пятой точке да с гармошкой на коленях к полегчению не располагает. И если сосед от выпитого "подобрел", то ГГ — с точностью до наоборот. На разных людей алкоголь воздействует по-разному — специалисты это знают.
